Стрессовые гормоны заставляют нас отказываться от выполнения задуманного, склоняя к привычной, рутинной деятельности.:::
Исследователи из Рурского университета (Германия) для участия в эксперименте пригласили около семидесяти добровольцев, которым давали стрессовый гормон кортизол и растительный алкалоид йохимбин, увеличивающий срок действия другого стрессового гормона — норадреналина. Некоторые испытуемые получали либо одно, либо другое вещество, другие — сразу оба, контрольной группе давали плацебо.
Собственно эксперимент состоял в том, что человек должен был сыграть в компьютерную игру, чтобы получить чашку какао или стакан апельсинового сока. После обучения правилам игры подопытным устраивали обеденный перерыв, во время которого они могли съесть сколько угодно шоколадного пудинга или апельсинов. Уловка предназначалась для того, чтобы сменить приоритеты: те, кто наедался шоколадом, переставали добиваться какао, а тем, кто пресытился апельсинами, уже не нужен был апельсиновый сок.
Именно так всё и происходило у людей, которые принимали плацебо, или кортизол, или йохимбин по отдельности. Иными словами, с целеполагающим аппаратом у них всё было в порядке: мозг усвоил изменившиеся условия — избыток пудинга или апельсинов — и скорректировал цели. Но если доброволец получал и гидрокортизон, и йохимбин, который стимулировал норадреналин, он продолжал с прежней старательностью выполнять задания ради той награды, которая ему была уже не нужна. То есть никакой корректировки целей не происходило, а поведение подчинялось привычке.
Результаты были подтверждены фМРТ-сканированием: сумма стрессовых гормонов подавляла активность в орбитофронтальной и медиальной префронтальной зонах коры, отвечающих за целенаправленное поведение. Понять, с чем связана такая реакция, несложно: при стрессе необходимы время и силы на восстановление, и организм старается вернуться к тому, что он хорошо знает и на что не нужно тратить много энергии.
