«Нам не дано предугадать,
Как слово наше отзовется…»
Изначально моё внимание привлекло их рекламное видео в Instagram. В видео нет ни одного слова или сюжета, просто гримасы актёров крупными планами, но почему-то наблюдать за ними было увлекательно. Тогда я понял, что создатели театра явно что-то понимают в вопросе удержания внимания.
Когда я увидел, что в Висагинасе выступит Rimtas Teatras, мне захотелось познакомиться с людьми, которые стоят за этим названием. Поэтому я отправил им письмо с вопросами. Ответили режиссёр и создатель театра Татьяна Белоновская, актёры Алексей Вайнилович, София Хартанович и Игорь Абрамович. Причём отвечали каждый по-своему, не стараясь свести разные взгляды к одной общей формулировке.
Вчера, 29 октября, в зале «Драугисте» состоялась премьера их спектакля. Сегодня публикую наш разговор. Ответы сокращены, но слова и мысли собеседников сохранены без редактуры.
- Почему «Серьёзный театр»?
Алексей Вайнилович, мистер Мартин:
«Каждый из нас относится к театру серьёзно: с полной отдачей, вовлечённостью и ответственностью. При этом у нас нет большого театрального здания, собственных цехов или стабильного финансирования. Есть команда, спектакль, желание работать и необходимость каждый раз находить возможности для того, чтобы всё это существовало.
Поэтому для меня „Серьёзный театр“ – это прежде всего серьёзное внутреннее намерение творить. А иногда – возможность серьёзно дурачиться».
Татьяна Белоновская, режиссёр и создатель театра:
«Сначала появился эскиз спектакля, для создания которого постепенно собиралась и формировалась команда. Весной мы показали эскиз, собрали отзывы от зрителей и поняли, что мы очень хотим двигаться дальше, к полноценному спектаклю.
„Серьёзный театр“ появился из серьёзных и искренних намерений творить, искать, делиться и говорить о том, что нас волнует».
Игорь Абрамович, Капитан Пожарных:
«Мы так серьёзно относимся к жизни, что нас часто всё оскорбляет. Не соответствует ожиданиям. Мы предлагаем оставить это театру. Пусть театр будет серьёзным, а мы живые».
- Вы независимая труппа, объединение под конкретный спектакль или уже постоянный коллектив?
Алексей Вайнилович, Мистер Мартин:
«Мне кажется, нас можно назвать независимой театральной труппой, которая
объединилась вокруг спектакля».
Татьяна Белоновская, режиссёр:
«На начальных этапах работы с текстом я фантазировала, какими могут быть персонажи пьесы в моём спектакле, и исходя из этого выбирала актёров. С кем-то мы учились вместе, кого-то я видела в других театральных и киноработах. В результате в этом сотворчестве мы неплохо чувствуем друг друга, находим совместные смыслы, что всё это переросло в доверительные творческие взаимоотношения. А это и есть, на мой взгляд, основа для постоянного коллектива».
Алексей Вайнилович, мистер Мартин:
«Сейчас мы проживаем жизнь вместе с „Лысой певицей“ и хотим прожить её вместе со зрителем. При этом, конечно, есть желание двигаться дальше, искать новые формы, создавать другие проекты и продолжать совместную творческую работу».
- Можно понять человека с другим языком и не услышать того, кто говорит на родном. Ваш спектакль об этом тоже?
София Хартанович, служанка Мэри:
«Я бы сказала, что это одна из основных тем спектакля. Мы погружаемся в мир, в котором люди разучились чувствовать, слушать, слышать, обсуждать – жить, короче.
Люди умудряются иметь язык и уши и не уметь вести коммуникацию. Особенно больно, когда это происходит между близкими людьми. И мне кажется, что наш спектакль – это хорошее напоминание остановиться, послушать, посмотреть, почувствовать, улыбнуться. Пока не стало слишком поздно».
Алексей Вайнилович, мистер Мартин:
«Отсутствие коммуникации — одна из центральных тем пьесы. В ней очень точно показано, как люди могут постоянно говорить, обмениваться словами, поддерживать разговор, но при этом так и не встречаться друг с другом по-настоящему.
Иногда отсутствие коммуникации загоняет нас всё глубже в собственные клетки. Мы продолжаем говорить, потому что тишина становится невыносимой. Ведь если она продлится слишком долго, нам, возможно, придётся наконец столкнуться с самими собой — со своим настоящим голосом, чувствами и мыслями, которые могут оказаться слишком болезненными и страшно столкнуться с собой мертвым, ведь может придется начать снова жить.
Это особенно интересно в контексте Висагинаса, — города, в котором люди с разными языками и культурным опытом живут рядом. Язык сам по себе ещё не гарантирует понимания. Можно говорить на одном языке и совершенно не слышать друг друга. И, наоборот...».
Игорь Абрамович, Капитан Пожарных:
«На мой вкус в спектакле не надо трогать никакие темы, главное затронуть души зрителей».
- Что вы сказали бы человеку, который давно не был в театре и сомневается, будет ли ему близок театр абсурда?
Игорь Абрамович, Капитан Пожарных:
«В абсурде нет ничего страшного. Тут важно понять, что вас никто обманывает. На
сцене пьеса великого драматурга, который всем всё доказал. Текст лёгкий, смешной,
глубокий...вызывает всеможные реакции. Но главное, абсурд обезоруживает
серьёзность нашего существования...».
Алексей Вайнилович, мистер Мартин:
«Не нужно специально готовиться, знать контекст или пытаться во что бы то ни стало разгадать все смыслы. Можно просто прийти и позволить себе смотреть, слушать, чувствовать и наблюдать за тем, что с тобой происходит. Необязательно выйти из театра с готовым ответом или пониманием того, что именно ты увидел. Иногда достаточно того, что спектакль что-то в тебе затронул и ты продолжаешь об этом думать уже после его окончания.
Абсурд работает не только на уровне логики, мысли или прямого высказывания. Он способен затрагивать какие-то другие струны внутри нас — те, до которых привычные способы разговора об искусстве иногда не добираются».
София Хартанович, служанка Мэри:
«Я бы сказала, за ведром холодной воды, которое вернёт вам вкус к жизни; желанием чувствовать каждой клеточкой тела. Ну и за юмором, конечно. Хоть трагедия взаимопониманий и является центральной темой спектакля, но без юмора здесь никуда. Он, скажем так, смягчает падение».
- И последний вопрос. В описании спектакля мне послышалась перекличка с хайдеггеровской заброшенностью человека в мир, которого он не выбирал. Повлиял ли Хайдеггер на постановку?
Татьяна Белоновская, режиссёр :
«Не могу сказать, что философия Мартина Хайдеггера непосредственно повлияла на мою постановку. Но мне очень интересна параллель, которую вы заметили и провели.
В процессе создания спектакля мне постоянно не давала покоя Служанка Мэри. Постепенно она стала ключом, открывающим двери в понимание текста и спектакля в целом. А её заброшенность в мир, который она не выбирала, и её попытка существовать в нём по наитию ощущается мной настолько остро, что оставаться безразличной к этому просто нет возможности. Эта заброшенность и исследование того, как с этим обходиться, оказалось центральной темой спектакля, если уж таковую выделять.
А подобное притягивается к подобному: воля случая, и мы делаем премьеру нашего спектакля именно в Висагинасе! Всё сложилось наилучшим образом».
Внештатный корреспондент
Марк Иванов-Струтинский
news.tts.lt
